«Ситуация не сахар». Как в России не сесть за абсолютно любую сделку

В России практически любая сделка может стать билетом в долгое и изнурительное путешествие под названием «уголовное преследование». Как снизить риски и не попасть под статью, рассказал адвокат Дмитрий Кравченко.
Время прочтения: 9 минут

Особенности правоприменения в России

1. Неприменимость многих бизнес-позиций

По словам руководителя практики конституционного права адвокатской конторы Дмитрия Кравченко, основная проблема кроется в том, что уголовный процесс не учитывает бизнес-логику.

«Например, когда предприниматель совершает определенный набор операций, он часто имеет в виду какой-нибудь синергетический результат. В уголовном же процессе сделка вполне может быть вырвана из контекста и расценена отдельно сама по себе как преступление», – рассказывает эксперт.

В уголовно-процессуальном законодательстве написано, что приговор или другое правоприменительное решение должно быть законным, обоснованным и мотивированным, но то, что оно должно не противоречить законам предпринимательской логики, нигде не сказано.

2. Неприменимость частного (экономического) права

Как отмечает Дмитрий Кравченко, экономическое право в России живет по самостоятельным законам. Например, существуют такие конституционные принципы, как свобода оборота, свобода предпринимательской сделки, свобода определения цены. Однако в уголовном праве они не работают как таковые, предупреждает адвокат.

«Если выпопытаетесь сказать, что сделка непреступная, потому что она совершена в обороте,никем не оспорена, и, может быть, даже сроки давности ее оспаривания навсегда истекли,это никого не впечатлит. Уголовное дело продолжат рассматривать в том же русле», – говорит эксперт.

3. Проблемы, связанные с оценкой и стоимостью

По словам адвоката, правоприменители в нашей стране не понимают, что есть разные виды стоимости: рыночная, инвестиционная и ликвидационная. Они считают, что заключение эксперта-оценщика – это представление об объективной рыночной цене, с которой можно сравнить стоимость сделки. Для органов правопорядка это не просто частное мнение и профессиональное суждение, а практически истина в последней инстанции. Они не осознают, что, если цена сделки отклоняется от рыночных показателей, это совсем не означает, что она является заведомо преступной.

4. Высокая свобода усмотрения и низкое понимание бизнеса

В уголовном процессе возможно все, утверждает Дмитрий Кравченко.В нем полностью снимаются «корпоративные вуали».

«Тут совершенно не важно, что и кому принадлежит. Имущество десятка функционирующих предприятий могут факически «закрепить» за обвиняемым, и поэтому его арестовывают, а заодно арест накладывают на акции. Возможны практически любые события, которые с точки зрения правовой определенности и стабильности оборота нельзя назвать приемлемыми», – объясняет эксперт.

«Недопонимание» возникает у бизнеса не только с правоохранителями, но и с судом. Крайне редко служитель Фемиды признает, что не разобрался в каких-то нюансах дела. Только смелые и прогрессивные судьи решаются что-то спросить или уточнить, считает адвокат.

5. Ограничение состязательности, неработающая презумпция невиновности и корпоративная солидарность государства

Когда возникает ситуация, связанная с уголовным преследованием, у обвинения всегда больше возможностей, прав и полномочий, чем у защиты, несмотря на формально состязательный процесс, подчеркивает Дмитрий Кравченко. Для обвинения эти обстоятельства усложняются неработающей презумпцией невиновности, обвинительным уклоном и корпоративной солидарностью государства.

«Все, что делается следствием и нередко судом, к сожалению, часто интерпретируется против обвиняемого. Если, например, для оценщика попадание в диапазон стоимости сделки – это абсолютно нормально, для следователя,это может стать инкриминирующим обстоятельством. Любые вопросы всегда интерпретируются в пользу обвинения», – говорит эксперт.

6. Объективное вменение

Как рассказывается адвокат, часто бывают ситуации, при которых все субъективные вопросы, связанные с преступлением, фактически не выясняются. То есть берется некое действие человека и оценивается как преступное вне зависимости от его реальных мотивов и целей, замечает Дмитрий Кравченко.

7. Мнение эксперта приравнивается к приговору

Заключения экспертов в российском правоприменении имеют очень большой вес. Так что если эксперт говорит, например, что цена не соответствует сделке, велика вероятность, что эта точка зрения будет отражена в приговоре, предупреждает адвокат.

Как снизить уголовные риски бизнеса?

Стоит смириться с тем, что при наличии сегодняшнего правоприменения абсолютно любая сделка может быть признана преступной, резюмирует Дмитрий Кравченко.

«Ситуация не сахар с точки зрения уголовных рисков. Дальше возникает вопрос, как предпринимателю или менеджеру защитить себя от уголовных рисков в России? Никак. Но всегда нужно помнить, что правоохранительные машины не успеют добежать до всех. В этом смысле задача предпринимателя - не стать предметом ее интереса», – говорит эксперт. Чтобы этого добиться, достаточно следовать нескольким советам.

  • Поместить право в фокус внимания. Если предпринимательское сообщество за себя не заступится, за него это никто не сделает, отмечает эксперт. Этим, конечно, занимается адвокатура, но у нее достаточно ограничены ресурсы, поэтому бороться в первую очередь стоит своими силами, отмечает эксперт.
  • Не допускать формальных поводов для уголовного преследования и стараться избежать возбуждения дела. Формальных поводов может быть множество. Среди самых распространенных – заявления частных лиц, говорит Дмитрий Кравченко. Поэтому важно стараться не допускать корпоративных конфликтов. Если они уже происходят, разногласия необходимо урегулировать мирным путем. Нужно помнить, что уголовный процесс – это машина без реверса. Если ее запустить, обратно уже не провернуть, отмечает адвокат. «Второй наиболее традиционный повод для уголовного преследования – это заявления разнообразных органов. Помимо налоговой или ФАС, есть другие контролирующие ведомства. При чем у них часто те же проблемы, что и у правоохранительных структур - они вполне могут не понимать суть бизнеса», – объясняет Дмитрий Кравченко.
  • Обеспечивать соответствие юридического оформления экономической сущности. С точки зрения адвоката, это самая распространенная ошибка. В погоне за мелкими выгодами или упрощением при оформлени допускаются ошибки. В конечном счете, когда на деле бизнесмен ничего не украл, на него можно «повесить» три хищения по одной сделке. Здесь важно иметь понятное объяснение (желательно документальное) по всем важным параметрам сделок. Почему сделка заключена по этой цене, почему бумаги подписывал конкретный человек. Ответ в духе «мы так договорились» будет недостаточным, отмечает Дмитрий Кравченко.
  • Анализировать уголовные риски заранее и не надеяться на корпоративных юристов. «Корпоративные юристы больше склонны к гражданскому праву, поэтому они бывают немного прекраснодушными в этих вопросах и надеются все обосновать нормами ГК РФ. А некоторые судьи, между прочим, считают, что ГК – это еще один способ совершения мошенничества», – делится адвокат.
  • Использовать корпоративные процедуры и распределять ответственность. Это не всегда застрахует, добавляет Дмитрий Кравченко. Однако если никаких корпоративных процедур вообще нет, будет достаточно сложно объяснить те или пиные действия. «Например, если у вас есть торги, и положение о торгах у вас уже десять лет утверждено, будет просто объяснить, почему использовались те или иные критерии, порядок, почему вот этот департамент подписывал, а другой не подписывал. А если никаких корпоративных процедур нет, все это подгоняется под конкретное ваше деяние, конкретную сделку, под преступление», – разъясняет адвокат.
  • Иметь ответственного и понимать причины его действий. Это также не универсальный совет, так как все зависит от конкретных обстоятельств. Однако, по словам эксперта, часто в разветвленных сетях компании бывает, когда сделки совершаются сами по себе и никто не хочет брать за них ответственность. Они каким-то образом инициируются, одобряются, принимаются и подписываются. Ответственность в таких случаях всегда накладывается на учредителя или бенефициара.
  • Подготовить работников и менеджмент. «Нередко даже в больших компаниях мы сталкиваемся с ситуацией, когда ФСБ со следствием проводят обыски, о которых руководство узнает спустя, например, две недели. Каждый сотрудник должен понимать, что любой контакт с правоохранительными органами – это чрезвычайная ситуация. Нужно тут же трубить во все колокола. Ни в коем случае никаких контактов без адвокатов, без подготовки. Нужно иметь несколько сотрудников на случай потенциальных следственных мероприятий, обысков, которые умеют со всем этим обращаться», – рекомендует эксперт.
  • Не раскрывать лишнюю информацию. Во время оперативных мероприятий правоохранители нередко могут совершенно случайно изъять какие-то документы, которые изначально не имели к отношения к делу. Поэтому все бумаги, особенно важные и «чувствительные», желательно хранить в электронном виде на зашифрованных серверах, уверен Дмитрий Кравченко.
  • Не надеяться на связи, «безопасников» и старших товарищей. «В России эти инструменты периодически работают, но надо понимать, что если вы надеетесь только на них, то рано или поздно, они не сработают практически со 100% вероятностью. Не застрахован никто: ни бедные, ни богатые, ни либералы, ни консерваторы. Рано или поздно они попадают в тяжелые ситуации, и никакая крыша или медийность их не спасут», – заключил адвокат.

Подробнее о корпоративных и хозяйственных сделках глазами следователя и прокурора, а также конкретных примерах, – в вебинаре Дмитрия Кравченко «Как не сесть за абсолютно. Любую. Сделку».

Источник изображения: Pixabay

Рекомендуем

Статья

Счета, квартиры и подарки: защита прав третьих лиц на аресты имущества

За последние несколько лет правоохранительные органы стали все чаще накладывать аресты и ограничения на имущество не только обвиняемых и подозреваемых, но и третьих лиц, которые могут не иметь отношения к уголовному делу. Кто находится под угрозой и как третьим лицам защитить свои права и имущество – рассказывает эксперт.

Статья

Правовой ликбез: как защититься от уголовного задержания?

Для задержания подозреваемого не всегда требуется решение суда, а правила его проведения не регламентированы законом, поэтому то, как пройдет этот процесс, сильно зависит от его исполнителей. Об основаниях процедуры и методах защиты прав задержанных рассказывает кандидат юридических наук, доцент Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ Андрей Гольцов.

Статья

Базовые правила и «детские» ошибки квалификации преступлений в России

В таком фундаментальном вопросе уголовного права, как квалификация преступлений, нередко допускают ошибки. Как это происходит и что нужно сделать, чтобы их избежать, рассказывает доцент кафедры уголовного права СПбГУ Елена Суслина.

Комментарии 0

Нужно хоть что-то написать