Встретимся в суде: вред и польза телевизионных шоу про юристов

Женщина подала на развод из-за съеденного мужем бургера. Санитары вывели из зала суда ответчика в смирительной рубашке. Мать троих детей добивается от бывшего супруга алиментов на собственное содержание. Все это — выдержки из сценариев телевизионных шоу. Судебные программы, которые в "нулевых" смотрели семьями, вновь обретают популярность в Интернете: фрагменты шоу вырезают и активно выкладывают в сеть. Правда, теперь они попадают в категорию "мемы". Чем цепляют такие передачи и почему их продолжают активно пиарить, несмотря на критику профессионального сообщества, разбиралась "Сфера".
Время прочтения: 7 минут

"Мурзик, ну хватит, мы давно расстались. Скажи спасибо, что не усыпили!" — говорит героиня одного из выпусков шоу "Дела судебные" истцу. По сюжету, заявитель обратился в суд, чтобы добиться от бывшей девушки компенсации морального вреда в 100 тысяч рублей и возвращения денег, которые он потратил на пластические операции, чтобы стать котиком...

Дело ведет судья Николай Бурделов. Истец демонстрирует ему свои старые фотографии, утверждая, что еще два года назад был нормальным человеком. Потом в его жизни появилась ответчица, к которой у героя вспыхнули сильные чувства. Девушка на тот момент мечтала стать популярным блогером и уговорила истца сделать пластическую операцию, чтобы его лицо напоминало кошачью морду, а она использовала это для создания контента.

"Ногти у вас красивые, это свои или наращенные?" — спрашивает судья.

Истец утверждает, что девушка заставила его лечь под нож хирурга, а ответчица заявляет, что мужчина сам захотел примерить на себя роль животного и даже ходил по дому на четвереньках. В качестве доказательств каждая из сторон использует видеозаписи, снятые на телефон. Бурделов принимает решение отказать в удовлетворении иска, ссылаясь на то, что истец по собственному желанию решил стать котиком. Программа вышла в 2023 году. 

За последние 20 лет авторы судебных шоу не только не прислушались к профессиональному сообществу, которое настаивало на адаптации передач под реальные заседания, а напротив, сделали их еще более абсурдными.

Так, в одном из выпусков того же шоу истец придумал хитрый сигнал для тайных встреч с любовницей: он выставлял на окно комнатное растение, оповещая, что дома никого нет. Но однажды в квартиру ворвался брат прелюбодея и жестоко избил его. Родственник решил, что любовницей брата является его жена. Истец потребовал от ответчика компенсацию за побои.

В качестве доказательств в зал суда братья принесли кашпо и то самое комнатное растение. Как это обычно и бывает в подобных передачах, начали за здравие, а закончили...фарсом. Сначала участники заседания устроили словесную перепалку, используя ненормативную лексику, а затем начали избивать друг друга.

После фразы "Жри землю теперь, скотина", брошенной ответчиком, его наконец выводят из зала. При этом судья просто молча наблюдает за происходящим.

А судьи кто?

Известно, что сначала за основу выпусков брали реальные дела, но меняли имена и персональные факты. У зрителя появлялась возможность почувствовать себя частью судебного процесса, понять, как он устроен, и усвоить элементарные юридические нормы. Однако создатели шоу быстро поняли, что сухими предложениями из кодексов человека у экрана телевизора не удержать. Так в эфирах появились драки, неуместные высказывания, сомнительные вердикты и множественные искажения.

Факт: в качестве судей в таких передачах практически всегда задействованы люди, которые имеют реальное отношение к системе. Это бывшие и действующие адвокаты, и преподаватели юридических вузов, и судьи в отставке. Например, Николай Бурделов, известный по шоу "Судебные страсти", является заместителем председателя Коллегии адвокатов "Гильдия Московских Адвокатов" и имеет реальную практику.

Зрители же всерьез обсуждают компетенцию судей и оценивают вынесенные ими решения. О Бурделове в соцсетях пишут следующее:

"Демократичный и справедливый!".

"Абсолютно неадекватный судья. Передачи с его участием крайне неприятно смотреть. Всюду примешивается личная неприязнь и личное мнение".

"Я много посмотрела заседаний с Николаем Бурделовым! Не всегда была согласна с его решениями, но он, несомненно, очень одарённый".  

Большинство зрителей верят, что судьи на шоу ведут себя на настоящих заседаниях точно также. Более того, у людей складывается впечатление, что весь процесс устроен так, как показано на экране. Однако действующие юристы видят в этом огромную проблему.

"Насмотревшись таких шоу, клиенты впоследствии пытаются спорить с профессиональным юристом, опираясь на увиденное. И это, конечно, негативно влияет на работу. Поэтому юридическая подкованность населения в данном случае если и повышается, то минимально. Еще один большой минус подобных шоу — эпатажное поведение участников. В реальных судебных процессах оно тоже встречается, но не в таких объемах. Реальный судья никогда не скажет "ну и дебилы"", — отмечает юрист в сфере IT, медицины, договорного права Татьяна Чумикова.

У граждан формируется стереотип о том, что в суде можно вести себя аналогично: повышать голос, допускать оскорбления и т.д. Однако, по словам эксперта, подобные "выступления" всегда пресекаются в судебных процессах, более того, на нарушителя порядка могут наложить штраф или вывести из зала суда.

Американская калька

Первое судебное шоу появилось в США. Например, передача Judge Judy ("Судья Джуди") и некоторые другие работают по принципу арбитража (в нероссийском смысле этого слова), то есть третейского суда. Это означает, что стороны заключают договор, по которому решение судьи будет для них обязательным. Сначала в американских программах участвовали реальные люди с настоящими проблемами и передачи носили исключительно просветительский характер. Только спустя десятилетия в них появились сценаристы и актеры.

В России бум подобных шоу приходится на начало 2000-х годов. Первой была программа "Суд идёт", которая транслировалась на канале НТВ с 1997 года. Пилотный выпуск провёл Владимир Ворошилов. Это была единственная в истории российского телевидения программа, которая изображала рассмотрение реальных уголовных дел и никогда не прибегала к постановке. С 2002 года на РЕН ТВ начинает трансляцию судебное шоу "Час суда". В роли судьи выступал адвокат Павел Астахов, получивший более широкую известность именно благодаря этой передаче. Она выходила ровно 10 лет и за это время заслужила немало критики.

Некоторые правовые сайты даже собирали ляпы, допущенные создателями шоу за указанный период. Например, до 2009 года уголовные дела на шоу рассматривались с нарушением норм Уголовно-процессуального кодекса: в зале отсутствовал государственный обвинитель (его роль выполнял адвокат, представляющий интересы потерпевшего), там пренебрегали судебными прениями, а подсудимому отказывали в последнем слове. Иногда судья оглашал приговор сидя, участники процесса проносили в зал пистолеты, судебного пристава называли "охранником", а обвинителей ранили и избивали. Обойдемся без перечисления искаженных статей — их было слишком много.

В "нулевых" для зрителей программы даже создали бесплатную юридическую консультацию, издавались книги, где на примерах конкретных дел объяснялось, какие документы необходимо представить в суд. Павел Астахов тогда говорил, что во время выпуска в режиме реального времени шесть адвокатов отвечали на звонки зрителей. В день им удавалось проконсультировать в среднем 300-350 человек.

"Я не считаю, что телевизионный суд — идеальное правосудие. Это одна из моделей правосудия. В частности, мы показываем третейский суд, когда две стороны согласились, что придут к третьей и она их рассудит. Третейский суд именно так и работает, мы не искажаем его деятельность", — заявил в одном из интервью Астахов.

С 2005 года в России судебных шоу становится бессчетное количество. В один день на двух разных каналах с понедельника по пятницу транслируют передачи "Суд идёт" (Россия-1) и "Федеральный судья" (Первый канал). Первая фокусировалась преимущественно на гражданских делах, вторая — на уголовных. 

"Низведение судебного заседания до уровня кухонной склоки, насаждение мысли о том, что суд это не более чем очередное поп-шоу с налетом скандальности, скабрезности и полной итоговой безнаказанности, является хорошо продуманной и циничной дискредитацией судебной власти", — говорил российский политический деятель, депутат Сергей Абельцев еще в 2009 году.

Сейчас подобные шоу продолжают выходить на каналах "Мир" и "Домашний". У них по-прежнему достаточно поклонников, но и значительно больше критиков, чем раньше. Например, более крупные федеральные каналы отказались от судебных передач. Однако тревожные чувства вызывает популярность этих программ в Интернете, где уже новое поколение наблюдает импульсивных и несправедливых судей, фриков в образе животных и прочий неуместный в настоящем суде фарс.

Рекомендуем

Статья

Личность и доказательства: особенности дел о компенсации морального вреда

Компенсация морального вреда в исках разных категорий сейчас является актуальной темой в правовой сфере. За последние три года рост количества таких дел составил 44,8%, а заявленных сумм ко взысканию – 439%. Руководитель проектов, адвокат бюро «S&K Вертикаль» Анастасия Гурина рассказала, какими инструментами пользуются стороны во время судебных тяжб для наиболее эффективного доказывания своей позиции.

Авторский взгляд

Низкая или высокая: какая должна быть госпошлина при подаче иска

Совет судей России предложил увеличить размер государственной пошлины при подаче искового заявления. Инициативу там обосновали желанием снизить нагрузку на судебную систему. Елена Ленгович, юрист адвокатского бюро Asterisk, и юрист Ксения Абдурашитова поделились со «Сферой» мнениями о том, поможет ли эта мера увеличить количество досудебных урегулирований.

Статья

Ящик Пандоры: как комиссия по принудительному лицензированию повлияет на рынок лекарств

В России планируют создать комиссию по принудительному лицензированию в фармацевтической отрасли. Принудительное лицензирование - это заключение лицензионного договора с правообладателем через судебные инстанции с требованием обязать правообладателя заключить договор с определенным лицом. Процедура спорная, поэтому применяют ее достаточно редко. В международной практике использование патентов без согласия правообладателя разрешается только при чрезвычайных ситуациях или иных обстоятельствах крайней необходимости. О юридических и этических нюансах принудительного лицензирования – в материале «Сферы».

Нужно хоть что-то написать