Правовое основание: что именно изменилось
Ключевая норма — статья 105.14 НК РФ, приравнивающая к контролируемым сделки с контрагентами из перечня офшоров Минфина (приказ № 86н от 5 июня 2023 года). Управляющий партнер юридической компании Vita Liberta Сергей Конон уточнил масштаб изменения: раньше порог для таких сделок составлял 1 млрд рублей и касался только взаимозависимых лиц. С 2026 года — по его словам, основание закреплено Федеральным законом № 425-ФЗ от 28 ноября 2025 года — контролируемыми признаются сделки с любым контрагентом из офшорного перечня при совокупном годовом обороте от 120 млн рублей. Взаимозависимость доказывать не требуется.
Второе основание — ставка налога на прибыль в стране контрагента 15% и ниже. Генеральный директор компании «Правовые и бухгалтерские услуги» Екатерина Кузнецова подчеркнула, что это правило действует с 1 января 2026 года и распространяется на государства и территории независимо от их включения в офшорный список — то есть под контроль подпадают операции не только с классическими офшорами.
Третье основание — торговля определенными группами биржевых товаров: нефтью и нефтепродуктами, черными и цветными металлами, минеральными удобрениями, драгоценными металлами. Конкретные коды ТН ВЭД закреплены приказом Минпромторга № 267 от 3 февраля 2022 года. Здесь контроль распространяется на внешнеторговые операции даже между независимыми лицами вне зависимости от юрисдикции контрагента.
Проверке подлежат сделки за последние три года — то есть уже с 2024 года, когда были скорректированы нормы Налогового кодекса в этой части.
Дополнительный инструмент в руках ФНС — статья 54.1 НК РФ, запрещающая уменьшение налоговой базы через искажение сведений о фактах хозяйственной жизни. Конон отметил: даже при формальной независимости сторон налоговая может доначислить налог, если докажет отсутствие разумной деловой цели или искажение реального экономического смысла сделки.
Что запрашивает ФНС и на какие документы юристу смотреть в первую очередь
Кузнецова рекомендует начинать подготовку с формирования единого досье по каждой сделке: контракт со всеми дополнительными соглашениями и спецификациями, инвойсы, платежные и банковские документы, таможенные декларации, транспортные документы, сведения о базисе поставки, дате отгрузки и переходе права собственности.
Проверяющих интересует не только формальная сторона документов, но и то, насколько разные источники рассказывают одну и ту же историю сделки. По словам основателя ГК «РосКо» Алены Яковлевой, типичные ошибки — расхождения между контрактом и первичной документацией, отсутствие экономического обоснования цены, использование контрагентов без реальной деловой активности. Товаросопроводительная документация — инвойсы, коносаменты, CMR — должна подтверждать фактическое перемещение товара, а платежные документы — соответствовать условиям договора без разрывов в цепочке.
Кузнецова привела показательный пример типичного расхождения: условия поставки в контракте одни, транспортные расходы фактически несет другая сторона, а скидка иностранному покупателю никак экономически не объяснена. Именно такие несостыковки создают основу для налоговой корректировки.
Отдельный блок вопросов — обоснование цены. Яковлева указала: если компания не может подтвердить цену или размер скидки данными из авторитетных источников — Platts, Argus, биржевых котировок, возникает риск доначислений. Конон добавил к перечню зон внимания выбор котировального периода, базис поставки, вознаграждение иностранных посредников и распределение функций между сторонами, а также запрос внутренней документации: должностных инструкций, переписки, договоров с контрагентами.
Ответственность: суммы и основания
Штрафы за формальные нарушения зафиксированы в НК РФ достаточно четко. По статье 129.4 НК РФ неподача уведомления о контролируемой сделке или указание в нем недостоверных данных грозит штрафом в 100 тыс. рублей. За непредставление документации по ТЦО эксперты называют разные суммы: Яковлева указала штраф в 500 тыс. рублей, Конон — до 1 млн рублей; расхождение может объясняться разными основаниями привлечения к ответственности, и это стоит уточнять применительно к конкретной ситуации.
Отдельно установлена ответственность за само доначисление. Кузнецова сослалась на статью 129.3 НК РФ: если ФНС установит, что применение нерыночных условий в контролируемой сделке привело к неуплате налога, штраф составит сумму неуплаченного налога, но не менее 500 тыс. рублей — к этому прибавляются недоимка и пени. Конон и Яковлева также указали на статью 122 НК РФ, по которой штраф составляет 20–40% от неуплаченной суммы, а при доказанном умысле применяется верхняя граница.
Масштаб доначислений по отрасли в целом Савицкая охарактеризовала так: за девять месяцев 2025 года их сумма достигла 443 млрд рублей — почти на 50% больше, чем годом ранее, из них 350 млрд пришлось на результаты выездных проверок. По итогам ТЦО-проверок конкретно в 2025 году, по ее данным, объем доначислений составил до 7,8 млрд рублей — при 0,7 млрд годом ранее.
Яковлева привела пример конкретного дела — «Вымпел-коммуникаций», где доначисление составило 177 млн рублей, а средний размер доначислений по проверкам с применением статьи 54.1, по ее оценке, превышает 50 млн рублей.
Процедурные особенности проверки
Савицкая обратила внимание на важный процессуальный нюанс: проверку трансфертного ценообразования не могут проводить рядовые территориальные инспекции — это прерогатива центрального аппарата ФНС России, а решение о проверке принимает лично руководитель ведомства. Срок проверки — до шести месяцев, в особых случаях — до 12 месяцев; это подтвердила и Кузнецова. При этом, по словам Кузнецовой, на представление документации по контролируемой сделке НК РФ отводит 30 рабочих дней с момента требования.
Отдельный процессуальный ориентир, значимый для стратегии защиты: если налогоплательщик применил предусмотренный НК РФ метод трансфертного ценообразования, налоговый орган не может просто заменить его другим методом — ФНС обязана обосновать, почему выбранный компанией метод не позволяет достоверно определить сопоставимость условий сделки. Это прямо указала Кузнецова, и этот довод стоит держать в фокусе на этапе возражений.
Стратегия защиты: последовательность действий
Получив требование от налоговой, юристы сходятся в одном: реагировать нужно системно, а не механически передавать весь массив документов из бухгалтерии.
Первый шаг — понять логику самого запроса и логику сделки. Яковлева рекомендует проанализировать, какие документы есть у компании, а каких не хватает, и запросить у контрагента подтверждения реальности его деятельности — штатное расписание, протоколы органов управления, местную отчетность.
Кузнецова формулирует тот же принцип иначе: прежде чем отвечать, нужно восстановить обоснование — почему выбран конкретный иностранный контрагент, какие функции выполняли стороны, кто принимал коммерческие и валютные риски, как рассчитывалась цена и почему ее можно считать рыночной.
Второй шаг — работа с методологией на этапе возражений. Яковлева советует разбирать примененный ФНС метод: если использован метод сопоставимой рентабельности, искать сопоставимые рыночные сделки и обосновывать его неприменимость к конкретной ситуации. Кузнецова добавляет, что нужно проверять, правильно ли выбраны сопоставимые сделки и учтены ли условия поставки, объем партии, рынок, валюта и транспортировка — все факторы, влияющие на цену.
Третий шаг — судебная стадия, если спор не удалось закрыть на уровне возражений. Яковлева рекомендует опираться на заключения независимых оценщиков, если их методология соответствует НК РФ, и искать процессуальные нарушения — выход за пределы проверяемого периода или пропуск срока давности, как это было в деле Уральской горно-металлургической компании.
Кузнецова резюмирует главный принцип защиты на этой стадии: в судебном споре защищать приходится не отдельную цифру в контракте, а всю экономическую конструкцию сделки целиком.
Выводы всех четырех экспертов сходятся, хотя формулируют они их по-разному: юридически безупречно оформленный договор больше не гарантирует защиту, если налоговая усомнится в экономическом содержании сделки.
Конон обозначил это как смещение фокуса — с формальной взаимозависимости на экономическую суть, при которой работа с офшорным контрагентом требует не просто юридической чистоты, а документального подтверждения разумной деловой цели. Именно это подтверждение, собранное заранее — в момент заключения и исполнения контракта, а не после получения акта проверки, — и определяет исход спора с ФНС.
Изображение создано Magnific, www.magnific.com
