Российский рынок рассрочек рос стремительно. По данным, которые привел в интервью «Сфере» доцент Высшей школы цифровой экономики Югорского государственного университета Евгений Раздроков, в 2024 году его объем оценивался в 300 миллиардов рублей. А уже за первое полугодие 2025-го эта отметка была преодолена вновь. Такой рост не мог не привлечь внимание регулятора — и дело было не только в цифрах.
Проблема состояла в том, что BNPL формально не являлся кредитом. Он не отражался в кредитных историях, не регулировался Банком России и создавал неравные конкурентные условия. Банки и МФО работали под жестким надзором ЦБ, тогда как операторы BNPL фактически не имели без ограничений.
В результате люди могли одновременно обслуживать несколько рассрочек в разных магазинах, и ни один кредитор об этом не знал. Банки одобряли займы людям, уже перегруженным обязательствами.
«Принятие закона стало неизбежной реакцией государства на бурный рост нового, но уже системно значимого финансового инструмента, который требовал интеграции в общее правовое поле. Прежде всего для защиты потребителей и контроля за долговой нагрузкой граждан», — сказал эксперт.
Что теперь запрещено и что обязательно
Новый закон устанавливает единые правила для всего рынка. Предоставлять рассрочку отныне могут только операторы, включенные в реестр Банка России. Цена товара не может зависеть от способа оплаты: стоимость «в рассрочку» обязана совпадать с обычной ценой. Запрещены любые комиссии с покупателя — как за подключение сервиса, так и за внесение платежей.
Ключевое ограничение касается сроков. Максимальный срок рассрочки теперь — шесть месяцев, а с 1 апреля 2028 года он сократится до четырех. Данные о задолженностях свыше 50 тысяч рублей передаются в бюро кредитных историй.
При этом закон не имеет обратной силы: договоры, заключенные до 1 апреля 2026 года, исполняются на прежних условиях. Также он не распространяется на договоры участия в долевом строительстве.
На практике
Здесь важно разобраться в двух последствиях: очевидном и скрытом.
Очевидное — рост ежемесячного платежа. Директор по контенту и аналитике финансового маркетплейса «Выберу.ру» Ирина Андриевская объяснила механику. Длинный срок рассрочки позволял магазинам «растягивать» выплаты так, чтобы ежемесячный взнос казался необременительным. Покупка за 60 000 рублей на год — это 5 000 в месяц. Те же 60 000 на шесть месяцев — уже 10 000. Для многих это граница между «могу позволить» и «не потяну».
Скрытое последствие — удар по кредитной истории. Рассрочки в разных магазинах теперь будут суммироваться и отражаться в кредитном рейтинге. А если показатель долговой нагрузки (ПДН) превысит 80%, банк вправе отказать в кредитной карте или потребительском кредите.
Те, кто привык параллельно использовать две-три рассрочки, могут неожиданно для себя осложнить доступ к ипотеке или автокредиту.
Смена поведенческой модели
Собеседник «Сферы», B2C продакт-менеджер международной финтех-компании Илья Лягушенко предложил смотреть на апрельские изменения как на возврат инструменту его исходного смысла рассрочки. Она изначально задумывалась как короткий и прозрачный способ распределить платеж, а не как скрытый кредит на два года. Поэтому, уверен эксперт, короткая рассрочка для небольших повседневных покупок никуда не денется. Зато крупные покупки перестанут быть импульсными: когда срок ограничен, а обязательства становятся видимыми, человеку приходится трезвее оценивать свои возможности.
Аналогичное мнение «Сфере» высказал и бизнес-психолог Роман Коробов. По его словам, покупатели — особенно те, кто уже сталкивался с долговыми трудностями, — начнут внимательнее сравнивать рассрочку, кредит и отказ от покупки. Потребность платить частями при этом никуда не уйдет: слишком многие привыкли поддерживать привычный уровень потребления за счет таких инструментов.
Перейдут ли покупатели на классические кредиты?
Логичный вопрос, и ответ на него неоднозначен. Член Центрального совета независимого профсоюза «Новый Труд» Анатолий Баранов допустил возможность умеренного роста спроса на кредиты: часть покупателей вернется к кредитным картам или POS-кредитам (кредитам в точке продаж). Однако оформление кредита — решение, требующее времени. И большинство людей не пойдут в банк ради покупки, которую при других обстоятельствах взяли бы в рассрочку прямо на кассе.
В то же время доцент Евгений Раздроков указал на дополнительный сдерживающий фактор: при высокой ключевой ставке банковские кредиты остаются малодоступными для среднего класса, поэтому массового перетока ждать не стоит.
Зато возможна сегментация спроса. Как полагает продакт-менеджер Илья Лягушенко, BNPL сохранится для быстрых покупок с коротким циклом принятия решения, тогда как более крупные суммы начнут смещаться в сторону кредитных карт и POS-кредитов — инструментов с длинными сроками.
Как будет адаптироваться бизнес
Для рынка это вопрос пересборки экономики. Рассрочка перестает быть маркетинговым инструментом с непрозрачной структурой затрат. Отныне это полноценный финансовый продукт, который требует точного финансового моделирования.
Еще один собеседник «Сферы», бизнес-ментор и независимый эксперт в телекоме и рознице Александр Федюнин призывает смотреть на ситуацию без драматизма: подобные регуляторные изменения рынок переживал неоднократно. По его словам, легальный бизнес выработает новый набор допустимых инструментов. Например, одним из первых могут стать бандлы, то есть наборы товаров, внутри которых можно перераспределять наценку.
Резкого скачка цен на товары не будет, полагает эксперт Илья Лягушенко. Бизнес будет приспосабливаться более тонко. Часть низкомаржинальных товаров выпадет из рассрочки, комиссии перераспределятся в экономику продавца, а рекламные механики трансформируются — вместо прямых надбавок могут появиться закрытые промокоды и псевдоскидки.
Эксперты также полагают, что требования к капиталу и регуляторной отчетности перед ЦБ вынудят небольшие сервисы уйти. По прогнозу Евгения Раздрокова, останутся крупные игроки — «Долями», «Сплит», «Подели», — располагающие ресурсами для работы в новых условиях. Темп роста рынка BNPL, по его оценке, замедлится примерно с 150% до 30% в год.
В долгосрочной перспективе те предприниматели, кто сделает ставку на прозрачность, окажутся в выигрыше, уверен бизнес-психолог Роман Коробов. Крупные игроки финтеха и e-commerce уже убедились, что мелкий шрифт и завышенные обещания подрывают доверие сильнее, чем любая процентная ставка.
Изображение создано Freepik, www.freepik.com
