Что чувствует адвокат, защищая виновного?

Когда мы в редакции задумывали тему материала, то предполагали, что юристы с большой охотой поделятся своим мнением и взглядами друг с другом. Получилось совсем иначе - обычно открытые и готовые к разговору коллеги предпочли в публичном пространстве этот вопрос не обсуждать. Но согласились рассказать о личном опыте в формате «без микрофона».
Время прочтения: 5 минут

Что в законе?

Согласно ч. 1 ст. 2 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», адвокат – это независимый профессиональный советник по правовым вопросам. Он не только дает обвиняемому правовые советы, но и сам реализует предоставленные ему законом процессуальные полномочия. Кодекс профессиональной этики в России устанавливает, что закон и нравственность в профессии адвоката выше воли доверителя.

Однако, как отмечают эксперты, адвокат не вправе занимать по делу позицию вопреки воле доверителя (исключение - случаи, когда адвокат убежден в наличии самооговора доверителя). Более того, служитель Фемиды не вправе делать публичные заявления о доказанности вины подзащитного, если тот её отрицает, напоминает Верховный суд (ВС) РФ и п. 3, 4 ч. 4 ст. 6 закона «Об адвокатской деятельности»). Такой же запрет установлен и в Кодексе профессиональной этики адвоката (ч. 1 ст. 9).

Что же делать, если все доказательства указывают на вину подозреваемого, но сам подзащитный ее категорически отрицает? «Договариваться», – резюмируют опрошенные.

Однако общего сценария тут нет, и часто договариваться приходится не только с клиентом, но и с самим собой. Вопрос отношения к виновности подзащитного – это вопрос субъективный не только для каждого адвоката, но и в каждой конкретной ситуации.

«У меня был случай, когда при разводе мужчина вместе с сожительницей украл ребенка, пока бывшая жена находилась в роддоме. В отместку экс-супруга сожгла его машину и наняла местных гопников, а те жестоко избили сожительницу. Можно ли сочувствовать кому-то из участников событий?», задается вопросом один из спикеров «Сферы».

В этом контексте часто говорят про профессиональную деформацию. На одном из специализированных форумов адвокаты рассказывали, что здоровый цинизм помогает им не выгореть и выполнять свои обязанности. Дела, которые имеют ярко-выраженный эмоциональный оттенок (не только уголовные, но и из сферы семейных отношений), могут помешать трезвой оценке обстоятельств.

Поэтому важно уметь отключать вовлеченность и руководствоваться исключительно нормами права.

У каждого свой выбор

Часто на практике грань между интересами обвиняемого и правосудия становится очень тонкой. В исследованиях в сфере права оперируют следующими данными.

Около 39% адвокатов разрабатывали линию поведения подозреваемых, обвиняемых и других участников процесса в целях освобождения от уголовной ответственности, 18% проносили в места лишения свободы запрещенные предметы и передавали сообщения, 15% передавали вознаграждение участникам процесса, от которых зависит решение по делу, 12% сообщали информацию о лицах, содействующих уголовному судопроизводству.

«Адвокат может точно знать о виновности подзащитного и при этом не испытывать морального дискомфорта», – говорит один из собеседников «Сферы», подчеркивая, что он выполняет функцию защиты и свободен в выборе правовой позиции.

Защитник учитывает точку зрения клиента. И согласованность позиционной линии – одно из необходимых условий эффективной стратегии. Но это не значит, что адвокат обязательно должен быть солидарен с доверителем. Ведь он защищает не преступника, а обвиняемого в преступлении.

Когда нет выбора

При этом в действиях адвоката есть своя специфика: он сфокусирован только на выяснении обстоятельств дела в пользу подзащитного. В одном из своих интервью Генри Резник приводил в пример защиту террориста, задержанного в ходе операции по спасению заложников в школе № 1 Беслана Северной Осетии.

«Все адвокаты Северной Осетии отказались его защищать по соглашению. Ему должен был быть выделен адвокат по назначению. Так и по назначению все адвокаты республики отказались. А вот это уже нарушение профессиональных обязанностей. Если тебя назначили, ты обязан пойти. В конечном счете в процессе оказался вчерашний стажер. И этот молодой адвокат защищал оставшегося в живых террориста. После процесса нахождение этого молодого адвоката на территории Северной Осетии стало небезопасным, он перевелся в Москву, несколько лет практиковал у нас в столице. Почему? Его идентифицировали с террористом в противоречии с нормой Основных положений о роли адвокатов, принятых восьмым Конгрессом ООН», - подчеркнул именитый специалист.

Каждый человек имеет право на защиту. Лишать его защиты – значит отказывать системе в гуманизме, сходятся собеседники «Сферы». Но решение каждый принимает самостоятельно. Именно поэтому многие адвокаты отказываются вести уголовные дела, специализируясь на гражданских.

«Не навреди»

Одно из самых распространенных заблуждений о деятельности квалифицированного защитника в том, что его задача – любой ценой добиться освобождения доверителя от уголовной ответственности. Однако позиция адвоката должна основываться в первую очередь на оценке доказательств по делу с точки зрения защиты обвиняемого. При этом какую бы линию защиты не избрал адвокат, она в любом случае не должна быть «во вред» клиенту.

Со стороны это выглядит, будто адвокат действительно готов «любой ценой» препятствовать правосудию. Но на самом деле роль цивилизованного специалиста в другом, уверен один из собеседников «Сферы». Его задача — выстроить диалог между участниками процесса. А в итоге помочь суду и следствию установить правду, а доверителю получить соизмеримое содеянному наказание.

Рекомендуем

Статья

Защита vs обвинение: равны ли стороны в уголовном процессе

В работе адвоката много нюансов, особенно если речь идет об уголовном процессе – закон ведь не всегда работает на клиента. Можно ли говорить вообще о равноправии сторон в делах, возбужденных по статье УК, разбирался глава комитета по развитию уголовного судопроизводства Краснодарского краевого отделения Ассоциации юристов России, партнер, руководитель уголовной практики адвокатского бюро, полковник юстиции в отставке Юрий Бескровный. Он посвятил этой теме вебинар на площадке Legal Academy.

Статья

Но это ветка: что не так с зарплатами адвокатов по назначению

В Федеральной палате адвокатов (ФПА) России заявили о пропасти между зарплатами адвокатов по назначению. По их данным, защитникам по уголовным делам платят в три раза больше, чем специалистам, которые берут административные и гражданские иски. 1646 рублей против 550 за судодень по минимальному тарифу.

Статья

А под мантией – что? Как выглядят судьи и адвокаты в разных странах

В Австралии хотят принять закон, согласно которому судьи будут освобождены от необходимости носить мантии. Вместо них на заседания можно будет надевать обычный деловой костюм. Не исключено, что такая практика вскоре распространится по всему миру. Насколько важно в наше время придерживаться дресс-кода? И может ли исход дела зависеть от внешнего вида адвоката? «Сфера» разбиралась в этих вопросах вместе с представителями отрасли в канун Дня юриста.

Нужно хоть что-то написать