Дело Мясниковых
В 1858 году в Санкт-Петербурге скончался купец Козьма Беляев, чьё состояние было тесно переплетено с капиталами семьи Мясниковых. После смерти вдова первоначально заявила об отсутствии завещания, однако спустя 40 дней представила суду документ, по которому всё имущество переходило к ней. Вскоре вдова передала полученное братьям Мясниковым за 120 тысяч рублей. В 1859 году племянник покойного оспорил подлинность завещания, указав на формальные несоответствия: подпись была выполнена в сокращённом виде, а текст — разными почерками. Только в 1868 году было начато уголовное следствие, допрошено более 150 свидетелей, а при обысках у Мясниковых найдены черновики с полной подписью Беляева.
В 1872 году дело слушалось в Санкт-Петербургском окружном суде с участием присяжных; обвинение поддерживал А.Ф. Кони. Эксперты-каллиграфы подтвердили, что подпись на завещании не принадлежит Беляеву, однако присяжные вынесли оправдательный вердикт. По протесту прокуратуры Сенат отменил его по техническим основаниям и направил дело на новое рассмотрение в Московский окружной суд, где через полгода вновь последовал оправдательный вердикт. Как позднее отмечал Кони, решение присяжных было предсказуемо ввиду давности событий и очевидного для них обстоятельства: состояние покойного должно было остаться у близких ему людей (жены и Мясниковых), а не перейти к дальним родственникам.
