«Наше глобальное решение – создание единой системы цифрового доверия»: эксперты о рынке Legal Tech в России

Где грань между цифровой демократией и цифровой диктатурой, где Россия находится на технологической карте мира и какой сценарий развития Legal Tech стоит нам выбрать – рассказали эксперты на сессии ПМЮФ 9 ¾ «Tech-барометр».
Время прочтения: 9 минут

Директор по корпоративным программам акселерации, Кластер информационных технологий Фонда «Сколково» Антон Пронин

«Странами-лидерами по патентной активности традиционно являются Китай, США и Япония. При этом Россия, например, занимает третье место после Китая и США по числу патентных заявок на блокчейн-технологии. В России не самые высокие затраты на исследования и разработку, учитывая, что экономика России является шестой в мире и занимает второе место среди стран Европы по объему ВВП и паритету покупательной способности. Вроде бы спрос на инновации достаточно огромен, в том числе и со стороны корпоративного сектора, но всего 30% финансирования исследований и разработок ведут за счет средств предпринимательского сектора, а 66,3% – это средства государства, то есть это федеральный бюджет, организации госсектора, бюджет субъектов РФ.

В Global Innovation Index, который оценивает последние мировые инновационные тенденции в экономиках 131 страны, Россия занимает 47 место. Значительно, однако растем в рейтинге Всемирного банка Doing Business. В 2020 году у нас 28 место, по сравнению с 62 местом в 2015 году и 124 местом в 2011 году. Как вы видите, динамика сильно положительная.

Глобально на нашем рынке можно выделить четыре экосистемы – Сбербанк, Mail.ru, Яндекс и МТС, при финансировании и активной поддержке которых и развивается направление Deep Tech, так называемых высоких технологий (искусственный интеллект, большие данные, блокчейн, робототехника). Очевидно, что говорить о большой конкуренции на рынке смысла, наверное, нет, а для стартапов такая ситуация является риском быть поглощенным, скопированным или попросту уничтоженным не за счет технологической конкуренции, а за счет финансирования каналов сбыта. Поэтому ситуация на венчурном инновационном рынке достаточно амбивалентная. Для некоторых стартапов она напоминает цефалотус, цветок-хищник: как только насекомое попадает в его инновационный кувшинчик, он тут же закрывается и поедает».

Управляющий партнер Юридической фирмы LEG-IT Анна Костыра

«С моей точки зрения, есть две глобальные причины, почему мы отстаем. <…> Две основные отличительные черты от других стран. Во-первых, мы, российские юристы, обсуживаем в том числе госэкономику. Это важно, какую экономику мы обсуживаем, сколько у нас частного бизнеса, насколько у нас развиваются стартапы. Я не говорю про стартапы сколковской истории, стартапы – это естественное развитие бизнеса, когда он развивается на частные деньги.

Так вот у нас есть большая проблема с тем, что у нас SaaS как таковой не летит. Почему? Потому что, во-первых, если мы говорим про госэкономику, SaaS – это всегда возможность поверить в то, что твои данные в облаке будут храниться, и ты, в принципе, готов доверить свои данные, отдать профессионалам. SaaS это такая история, когда ты покупаешь услугу, soft services. В России, к сожалению, эта история не летит, а значит сильно тормозит развитие Legal Tech. Если я хочу быть Legal Tech стартапером, то я должен понимать, что SaaS будет моей основной бизнес-моделью. Это первый момент – паранойя в отношении защиты данных. С моей точки зрения, потому что у нас государственная экономика и условная служба безопасности не дает развивать этот сервис.

Второй момент – это язык. Все-таки если мы говорим о Deep Tech, о сложных технологиях, когда мы хотим внедрять искусственный интеллект, нам очень важно начинать обучать машину заниматься русским сложным языком. Это тоже большой тормоз. Deep Learning, Deep Tech – его надо начать развивать, не бояться и не переживать, что будут ошибки. У нас есть предубеждение, что мы не готовы отдавать наш сложный русский язык машине. А, к сожалению, Legal Tech завязан на языке прежде всего, не на цифрах».

Генеральный Директор Infotropic Media Хольгер Цшайге 

«Я бы сказал наоборот, что, если посмотреть на экосистему Legal Tech в России, то он очень развит, динамически развивается. Единственное ограничение – это рынок, рынок юридических услуг. Рынок Legal Tech зависит от него, если [юридический] рынок маленький, то маленький и рынок Legal Tech. Если Legal Tech еще не удалось выйти за рамки отдельной страны, то, конечно, он зависит от рынка юридических услуг. Он достаточно маленький для размеров страны и в сравнении с другими юрисдикциями. <…> Но то, что есть на рынке России, покрывает почти все процессы в юридических фирмах, в юридических департаментах даже уже есть системы с использованием искусственного интеллекта. Насколько это хорошо или плохо – второй вопрос.  

Мне кажется, эта экосистема существует, она хорошо развивается. <…> Я думаю, что люди недооценивают то, что делается в России. Скорее всего, люди слишком скромные и об этом не говорят. Если сравнивать решения с искусственным интеллектом на Западе в Legal Tech, они просто отдыхают на фоне того, что делается в России. Мы просто слишком скромные. А язык играет роль, когда Legal Tech хочет выйти за рамки страны».  

Управляющий партнер Deloitte Latvia Игорь Родин 

«Проблема Deep Learning в том, что у нас есть модели, которые прекрасно работают, но они не интерпретируются. По большому счету это черный ящик, мы не знаем, почему машина приняла такое решение. Это вызывает огромный дискомфорт с точки зрения общества и регулятора. Мы много работаем с регуляторами, я вижу, что регуляторы не любят модели, которые они не понимают. Но и совершенно правильно.

Вторая проблема, которая черный ящик создает, это то, что в него трудно встроить естественный интеллект. То есть работать эксперту с искусственным интеллектом, если у нас черный ящик, модель, которая плохо интерпретируется, – это проблема.  

Мне кажется, и то, что я вижу в своей практике, – выбор часто стоит в пользу модели, которая с точки зрения математики менее красивая и менее сильная, но лучше интерпретируется. <…> Это будет одна из дилемм, когда бизнес, юристы будут с одной стороны, математики – с другой, это перетягивание будет продолжаться».

Научный руководитель факультета права Национального исследовательского университета ВШЭ Антон Иванов

«Россия в целом в вопросе цифровизации сейчас стоит на распутье. Мы так и не выбрали, какой вариант нам ближе: вариант тоталитарной цифровизации, как в Китае, вариант коммерческой цифровизации, как в США, или вариант социальной цифровизации, как в странах Западной Европы. Мы то пытаемся в одну сторону двинуться, то в другую, а окончательного выбора мы так и не сделали.

Ключевой вопрос здесь, на мой взгляд, – это, как я называю, права цифровых меньшинств. <…> Защитим мы их или нет? Если не будем защищать, пойдем по китайскому варианту. Будем защищать, пойдем по европейскому. Потому что американский вариант ради коммерческих целей способен тоже эти права игнорировать, как мне кажется. В этом все и сталкивается, и мы так до конца и не можем решить, что мы хотим выбрать. От этого будут зависеть все направления дальнейшего развития. Я за то, чтобы защищать права цифровых меньшинств, и, поверьте, для России, с ее пространствами и огромной территорией, это будет один из логичных вариантом».

Член Совета ФПА Российской Федерации, советник Адвокатского бюро «Егоров, Пугинский, Афанасьев и партнеры» Елена Авакян

«В области барометрии рынка Legal Tech адвокатура сейчас находится в зоне крайне низкого давления. У нас очень мало что цифровизировано, мы делаем только первые шаги. Это не этап цифровой трансформации, а этап базовой автоматизации. Сегодня мы базово автоматизируем адвокатуру, и зачастую нас спрашивают, а зачем? Адвокатам и так хорошо, все просто, все понятно, привычные методы работы. Да тем более, когда еще следствие само цифровизацией трансформируется и даже еще автоматизируется. Зачем вы это делаете?

Я все время говорю: потому что мы институт гражданского общества, одной из задач которого является защита населения, в том числе от цифровой диктатуры. Хотя мы делаем сейчас первые шаги, наше глобальное решение – создание единой системы цифрового доверия. Причем не только адвокатуры, но и всех секторов, связанных с отправлением правосудия, следствия, дознания и вообще взаимодействия с государством. В нашем понимании адвокаты как раз могут стать той прослойкой, которая сможет балансировать на этой грани, не допуская возможности нарушения цифровых прав человека».

Петербургский Международный Юридический Форум 9 ¾ прошел онлайн с 18 по 22 мая 2021 года. Полная программа и видеозаписи мероприятий Форума доступны на официальном сайте ПМЮФ.

Форум организован при поддержке Президента Российской Федерации и Министерства юстиции Российской Федерации. Генеральный партнер ПМЮФ – «Газпромбанк» (Акционерное общество).

Источник изображения: Alex Knight/Pexels

Рекомендуем

Статья

«Королевство кривых зеркал»: эксперты обсудили на ПМЮФ проблемы контролируемого банкротства в России

В чем особенности российской модели субординации требований, стоит ли выкупать требования кредиторов и что российскому банкротному праву стоит позаимствовать из международной практики – эти и другие вопросы эксперты рассмотрели в рамках сессии ПМЮФ 9 ¾ «Контролируемое банкротство: что делать миноритарному кредитору?».

Статья

«Дьявол в деталях». Практические советы, как искать заграничные активы должников

Ежегодно кредиторы находят у должников недвижимое имущество на сумму 7 миллиардов рублей. Примерно та же сумма приходится на активы их зарубежных компаний, которые принадлежат бенефициарам, узнали аналитики Portal DA. С чего арбитражным управляющим стоит начать поиск информации о зарубежных активах и самих активов – рассказали эксперты на ПМЮФ 9 ¾.

Статья

«Агрессивность и «избиение» свидетеля – очень плохая идея». Советы по успешному выступлению в арбитраже

Устные слушания по праву считаются одной из самых сложных стадий арбитражного разбирательства. Чему стоит уделить внимание при составлении состязательных бумаг и о чем важно помнить во время устного выступления – рассказали на ПМЮФ 9 ¾ международные эксперты.

Комментарии 0

Нужно хоть что-то написать